Такого наказания попросил для него сегодня в суде государственный обвинитель. Однако сегодняшнее заседание, продолжавшееся более 10 часов, превысило все мыслимые ожидания по части произвола. Альнур Ильяшев в связи с этим высказал даже переживание за судью Залину Махарадзе, председательствующую в суде.

«Хочу напомнить гражданке Махардзе о статье 418 УПК — вынесение судьей заведомо неправосудного решения. Вы столько уже нарушений сделали за этот процесс, я за вас переживаю. А у Назарбаева коронавирус, что вы будете делать потом?» — сказал он, обращаясь к судье, в ходе судебного заседания.

В частности, таким нарушением подсудимый вместе со своими защитниками счел отказ судьи в продолжении допроса эксперта Розы Акбаровой. Напомним, что предыдущее заседание 18 июня закончилось допросом эксперта, делавшей заключение по постам Ильяшева, которые легли в основу обвинения. 19 июня судья сообщила, что от эксперта поступило заявление о том, что она не сможет присутствовать на заседании из-за проблем со здоровьем. В связи с этим Ильяшев просил суд отложить рассмотрение дела до выздоровления эксперта.

«17 апреля Акбарова подписала заключение, и 17-го меня задержали. Только ее заключение было основанием для задержание. То, что вы сейчас делаете, только подтверждает то, что вы хотите поскорее закончить процесс и сегодня меня осудить», — сказал Ильяшев.

Чуть позднее в кулуарах суда адвокат Таир Назханов заметит, что нарушений в данном деле – чуть ли не на каждом листе.

В итоге судья отказалась откладывать процесс, но далее удовлетворила ходатайство адвоката Назханова о допросе в качестве свидетеля политолога Досыма Сатпаева, который независимо от Акбаровой делал заключение по постам Ильяшева в качестве специалиста со стороны защиты.

«Передо мной стоял один конкретный вопрос — имеются ли признаки информации, нарушающие общественный порядок в условиях режима ЧП? Я изучил три публикации Ильяшева. Обвинение исходит из странного факта того, что посты в социальных сетях могут нести угрозу для граждан и страны. Но должны быть некие индикаторы того, что пост стимулирует какие-то действия. Это, например, лайки, репосты, комментарии. Но тоже непонятно, какой пост представляет угрозу? Тот, что набрал 10 тысяч лайков или 100 комментариев? А эти посты не вызвали большого внимания в соцсетях, это видно по количеству лайков и комментариев», — сказал Сатпаев в частности.

Как вывод, Сатпаев сказал, что не видит в постах Ильяшева манипулятивности и того, что они могли привести к акциям протеста. Также он отметил, что не совсем понимает, почему акцент делается на то, что разглашение Ильяшевым якобы заведомо ложной информации произошло в режиме чрезвычайного положения, так как ЧП у нас было введено из-за коронавируса, а посты посвящены партии Nur Otan.

Заслушав Сатпаева, далее суд отказал в допросе еще ряда специалистов, чьи заключения, как и заключение Сатпаева, были приобщены к материалам дела, и перешел к допросу подсудимого.

Отвечая на вопросы адвокатов о сути каждого из постов, которые положены в основу обвинения, отдельно Ильяшев остановился на том, что его подвигло к высказыванию критики в адрес партии Nur Otan:

«Мои ощущения — мы живем в некой реинкарнации канувшего в лету Советского Союза. Много хорошего было в той стране, в которой я родился, но все разрушил тоталитарный режим. Как говорил Досым Сатпаев, политорганизации подменяют государственную структуру. И этот процесс ширится и ширится. А ситуация в стране усугубляется. Партия Nur Otan вещает, что все хорошее благодаря им, а про плохое они не говорят. В том числе про коррупцию среди своих членов. Я считаю, что это неправильно, и я высказываю свое мнение об этом — это мое конституционное право. Мы вроде себя демократическим государством объявили».

Касаясь сути обвинения, Ильяшев остался при своем мнении, что виновным себя не считает и не понимает, в чем его обвиняют конкретно.

«Я в недоумении, почему я так долго в тюрьме нахожусь. «В целях дестабилизации обстановки в Республике Казахстан», — это я обвинительный акт читаю. А что, что-то поменялось? Да, я писал посты в Facebook, но кому какой ущерб причинили? И самое главное — причем тут заведомо ложная информация? «Вина Ильяшева доказана следующими документами…». Где в моих постах ложь?»

Допрос Ильяшева был прерван настоятельным требованиям адвокатов объявить обеденный перерыв. Между участниками суда произошел очень показательный эмоционально-правовой диалог, поскольку судья категорически «не хотела обедать».

Адвокат Рахманов попросил судью прерваться на обед, потому что он не может с 9 часов утра сидеть без еды: «Что у нас за гонка? У нас повышенное социалистическое обязательство?».

Молчавший до этого прокурор Дастан Мырзагали предложил Рахманову отключиться, ссылаясь на то, что у Ильяшева есть еще два адвоката.

«Вы там что, кушаете технично? Не выключайте камеру. Вдруг у вас там булочка лежит! Вы там сидите, хрумкаете», — обратился Ильяшев к прокурору, который после этой реплики включил свою камеру.

«Никто не кушает, заседание продолжается», — громко объявила судья Махарадзе.

«Cошлитесь на закон. Вынесите постановление, что согласно вот такой норме УПК мы работаем без обеда», — вступил в диалог адвокат Виталий Воронов.

После чего судья объявила перерыв на две (!) минуты, но позже секретарь суда объявил получасовой перерыв на обед.

После перерыва допрос Ильяшева адвокатами имел весьма нервный характер, потому что судья снимала большую часть вопросов, которые, по ее мнению, не имеют отношения к рассматриваемому делу, либо прерывала Ильяшева, призывая его отвечать по существу задаваемых вопросов. Но тем не менее, он еще раз сформулировал свое мнение, что публикуя посты, по которым осуществляется его уголовное преследование, он не имел намерения подвигнуть кого-то к совершению каких-либо действий, тем более, противоправных.

«Я не знаю на кого я повлиял этим постом. Здесь всего 81 лайк, 10 комментариев и 4 репоста. Я сомневаюсь, что на кого-то этот пост вообще повлиял. Как мог пост с 81 лайком повлиять на страну с 18 млн человек?» — справедливо заметил подсудимый, отвечая уже на вопросы прокурора.

По его мнению, данное дело носит заказной характер и является политическим.

На стадии исследования доказательств представители стороны защиты то и дело обращали внимание суда на то, что то или иное доказательство можно поставить под сомнение. В частности, адвокат Назханов обратил внимание, что скриншоты постов, на основании которых судят Ильяшева, были сделаны, по его мнению, задолго до начала производства по делу в следственных органах и, следовательно, являются фальсификацией. А адвокат Рахманов подчеркнул, что дело носит признаки гражданско-правовых отношений, но никак не уголовного преследования.

Также адвокаты отметили, что в обвинительном акте отсутствуют смягчающие в отношении подсудимого обстоятельства — наличие у него двух несовершеннолетних детей.

Исследовав материалы дела, судья решила перейти к прениям сторон. Готовность выразил только прокурор. Адвокат Воронов выразил общую позицию защиты, что на подготовку к прениям адвокатам и подзащитному нужен как минимум один рабочий день,  предложив назначить прения на 23 июня. Судья Махарадзе в итоге дала на подготовку к прениям… 15 минут. «

Одно слово – назарбаевщина», — сказал в перерыве по этому поводу сам Ильяшев и воспользовался своим правом заявить судье отвод. Однако судья попыталась отказать в данном ходатайстве, мотивируя свое решение тем, что адвокаты неоднократно заявляли ей отвод и ни один из них не был удовлетворен. В результате Ильяшев отказался принимать дальнейшее участие в процессе и отключился от конференцсвязи.

Под давлением обстоятельств ходатайство было принято к рассмотрению. Судья Турсынхан Саликов попытался начать рассмотрение отвода, однако Ильяшев решил воспользоваться своим правом подать отвод в письменной форме.

«Мне надо подготовиться, и вы получите ходатайство об отводе через спецчасть в понедельник», — сказал он в ответ на предложение судьи озвучить основания для отвода.

В свою очередь адвокат Назханов напомнил судье, что тот ранее уже рассматривал отвод судье Махарадзе, который заявлял адвокат Рахманов, и отказывал в удовлетворении ходатайства.

«Вы можете быть связаны своим предыдущим решением, поэтому я протестую против рассмотрения ходатайства вами в соответствии со ст.70 УПК», — уточнил позицию Назханов.

Судья Саликов удалился, сказав, что доведет ситуацию до руководства суда. Напомним, что отвод, заявленный Ильяшевым, стал четвертым для судьи Махарадзе в этом процессе, до этого отвод ей по очереди заявляли все три адвоката.

Вернувшийся на связь Ильяшев сделал заявление для прессы, что давление оказывается не только на него, но и на работников СИ-18, где он содержится:

«Рабочий день у них закончился, но их отрывают от других дел, вот трех работников, чтобы загнать меня в процесс (доставить в комнату, в которой установленв видеоконференцсвязь – ред.). Я не знаю, что за административный ресурс задействован, откуда поступают звонки, чтобы осудить Ильяшева именно сегодня. Но я хочу повторить, что я подготовлю свое ходатайство об отводе судье Махарадзе в письменном виде к понедельнику».

После этого связь с СИ-18 прервалась, а вернувшаяся в зал заседаний судья Махарадзе опять объявила перерыв на две минуты, проигнорировав замечание адвоката Рахманова, что рабочий день уже закончен.

После того, как связь с подсудимым была восстановлена, Ильяшев заявил, что суд проявляет к нему предвзятость:

«Вы нарушаете мои права. Вы удерживаете меня тут (…) Я не сторонник того, что женщина может пытками заниматься, но это предвзятось. Я с вами не встречался, я не знаю почему вы так ко мне относитесь. У меня сомнения в том, что вы будете беспристрастно рассматривать мое дело. Дайте мне сформулировать то, что я сказал! Я считаю, что этот процесс должен быть завершен».

Однако судья Махарадзе, игнорируя реплики адвокатов о том, что она не имеет права продолжать процесс, так как отвод ей не был рассмотрен по существу, решила продолжить судебное заседание.

«Следствием установлено что распространенная Ильяшевым информация в соцсети Facebooк была признана недостоверной. После объявления ЧП в целях дестабилизации обстановки он опубликовал посты, направленные на формирование мнениея о несостоятельности общественного объединения и органов государственной власти. Тем самым распространил заведомо ложную информацию и создал реальную угрозу безопасности общества. Считаю вина подсудимого полностью доказана. Ильяшев не признал вину полностью и в содеянном не раскаялся И по п. 2 ч. 4 статьи 274 УК РК прошу осудить Ильяшева к трем годам лишения свободы с содержанием в учреждении средней безопасности и запретить заниматься публичной деятельностью, создавать и принимать участие в партиях сроком на 5 лет», — сказал в прениях государственный обвинитель Дастан Мырзагали.

В свою очередь адвокат Воронов отказался выступать в прениях, потому что, по его мнению, судья Махарадзе нарушила целый ряд статей УПК, так как приступила к процессу в условиях, когда отвод, заявленный ей Альнуром Ильяшевым, не был рассмотрен по существу.

Адвокаты Назханов и Рахманов еще раз попросили суд предоставить им время для подготовки полноценных выступлений. В итоге прения перенесли на 22 июня.

Напомним, что рассмотрение дела активиста Альнура Ильяшева в суде №2 Медеуского района Алматы началось 12 июня. Ильяшев обвиняется в распространении заведомо ложной информации в условиях чрезвычайного положения (пункт 2 части 4 статьи 274 УК РК).

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

  +  39  =  42