Больше половины россиян выступают за «решительные перемены» в стране. Об этом говорится в совместном исследовании Московского центра Карнеги и «Левада-центра», презентация которого прошла в Москве 7 ноября.

В августе 2017 года Московский Центр Карнеги и «Левада-центр» провели исследование, целью которого было выяснить, насколько граждане России готовы к переменам. Тогда 42 процента россиян выступили за решительные и полномасштабные перемены, почти столько же (41%) высказались за незначительные изменения и постепенное улучшение текущей ситуации.

Летом текущего года исследователи вновь провели всероссийский опрос на эту тему и выявили значительный рост запроса россиян на перемены. Причем за радикальные изменения выступают уже 59 процентов.

Радикальных перемен больше всего хотят:

  • респонденты возрастной категории 40―54 года (63%), то есть люди, которые в скором времени будут входить в предпенсионный возраст, недовольные, в частности, пенсионной реформой и не слишком уверенно чувствующие себя на рынке труда;
  • респонденты с высшим образованием (62%);
  • респонденты с низким потребительским статусом, которым едва хватает на еду (66%);
  • средние города (60%), но не Москва, которая дает 54%;
  • критики нынешнего режима — те, кто не одобряет деятельность Владимира Путина и не хочет его переизбрания на следующий президентский срок в 2024 году (у них самый высокий показатель — 80%).

Что касается лидеров «антирейтинга» — респондентов, которым перемены не нужны, то это прежде всего граждане, у которых образование ниже среднего, люди старше 55 лет и, как это ни странно, москвичи (18%!), несмотря на то, что самые массовые акции протеста в последнее время проходили именно в столице. Исследователи объяснили этот феномен тем, что у большинства в Москве степень удовлетворенности уровнем и качеством жизни достаточно высокая, поэтому жители столицы не очень-то хотят что-то менять.

Что нужно изменить в первую очередь?

Отвечая на вопрос, респонденты указали на необходимость повышения зарплат, пенсий, общее повышение уровня жизни. Это около четверти всех ответов.

Какие социальные проблемы вызывают наибольшую обеспокоенность?

Рост цен, общая бедность населения и коррупция.

И, по мнению исследователей, по мере нарастания экономических проблем и падения авторитета власти растут и претензии к истеблишменту. Роскошь, которой окружили себя чиновники, сотрудники госкорпораций и пресловутое «окружение президента», начинает раздражать все большее число людей.

Зафиксировали исследователи и увеличение числа тех, кто ждет политических изменений — 13%. «Это однозначный индикатор тех изменений, которые произошли в общественных настроениях всего за два года. После принятия несправедливой, по мнению большинства населения, пенсионной реформы и на фоне продолжающегося падения реальных доходов претензии к российской власти звучат сегодня все чаще и громче», — считают исследователи.

Причем больше половины опрошенных согласились с тем, что перемены в России возможны «только при условии серьезных изменений политической системы». И лишь треть опрошенных выбрала вариант перемен «в рамках нынешней политической системы». Такое распределение означает, что внутри общества продолжает нарастать недовольство ситуацией в стране. И эти настроения все чаще будут прорываться наружу, в том числе в виде протестных акций.

Кто из политиков может предложить план перемен?

В лидерах  все еще Путин, но, как отметили авторы доклада, в сравнении с исследованием 2017 года заметно сокращение числа тех, кто еще верит в его потенциал как модернизатора. А вот Алексей Навальный заметно набрал число сторонников, причем среди москвичей он оказался на втором месте (по России – пятый в списке). Также впервые в десятке тех, кто способен модернизировать Россию, впервые оказался Илья Яшин –депутат муниципального собрания Красносельского района столицы и лидер московских протестов, что случилось тоже благодаря голосам респондентов из Москвы.

Кстати, успех Навального и Яшина в Москве политолог Екатерина Шульман, которая выступала на презентации доклада Московского центра Карнеги в качестве приглашенного спикера, объяснила в том числе тем, что москвичи не смотрят телевизор, предпочитая ему ютуб.


Руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского Центра Карнеги Андрей Колесников, комментируя итоги исследования, заметил, что несмотря на общий рост желающих перемен, на первом месте у большинства идет запрос на экономическое улучшение жизни.

«Политические права – внизу. И в этом смысле ситуация не изменилась. Да, больше половины опрошенных согласились с тем, что перемены в России возможны только при условии серьезных изменений политической системы, однако это еще не означает появления запроса на демократию».

О том, почему, по мнению россиян, эту власть нужно сменить, смотрите в видеозаписи комментария Андрея Колесникова.


В сою очередь, комментируя итоги исследования, политолог Екатерина Шульман отметила феномен протестов в регионах, которые в большей своей части, по ее мнению, можно назвать антимосковскими (речь идет о протестах против организации в регионах приема мусора из Москвы- ред.).

Она также назвала причины роста запроса на перемены, который, по ее мнению, связан в том числе с масштабным переселением россиян в крупные города.

К сожалению, по мнению Шульман, общественные настроения в России не конвертируются в кадровые изменения или изменения политических действий – если бы люди с такими настроениями имели возможность прийти на настоящие выборы и проголосовать, то россияне бы имели другой состав парламента, другой состав исполнительной и законодательной власти.

Рост тех, кто хотел бы смены системы связан, считает политолог, с растущими представлениями о том, что действующая власть в России «сама не будет субъектом перемен».  Появление же новых лиц в списке тех, от кого ждут перемен, и сильные различия позиций политиков в федеральном и московском рейтинге Екатерина Шульман связывает с тем, что в целом по России смотрят телевизор, а в Москве – интернет-ресурсы.

«Движение вверх запроса на перемены хорошо коррелируется с тенденцией изменения приоритетных источников информации. По мере того, как люди хотят чего-то нового они все меньше смотрят и все меньше доверяют государственному телевидению, хотя оно и остается источником информации номер один, и есть движение в сторону большей смотрибельности и большего доверия к интернет-источникам».

Комментируя итоги опроса о том, что лучше – чтобы власть была сосредоточена в одних руках или была распределена между разными институтами, политолог отметила, что цифра в 46% тех, кто желал бы, чтобы власть была рассредоточена между разными институтами, все же говорит о появлении среди россиян запроса на демократию.

«Это ярко выраженный демократический запрос, потому что распределение между структурами, контролирующими власть, это принятая в демократиях система сдержек и противовесов».

Резюмируя свои выводы об исследовании, Екатерина Шульман подчеркнула, что противоречивые цифры свидетельствует о наличии в РФ противоестественной и очень искусственной политической среде, которая может поддерживаться только непрерывным полицейским давлением. «Но как только оно хоть немного ослабнет, мы увидим абсолютно другую картину – и общественные дискуссии, и политический выбор», — полагает эксперт.


В качестве причин изменения настроя россиян заместитель директора «Левада-Центра» Денис Волков назвал: первое – разочарование во власти, понимание того, что власть уже не даст того, на что надеются люди (а люди везде, как известно, хотят и надеются на лучшее)  и второе – ощущение тупика и чувства, что страна идет не туда.

Кроме этого, по мнению Дениса Волкова, с протестов 2011-2012 годов в России значительно выросло число интернет-пользователей и снизилось влияние телевизора, выросло население городов, то есть сегодня в России четвертая часть населения проживает в 15 крупных городах, выросло число людей с высшим образованием, а у протестующих появилась хорошая система общественной поддержки, в отличии от участников болотных протестов. Речь идет об информационной поддержке, юридической и даже финансовой.


Политолог Глеб Павловский, комментируя итоги исследования, отметил, что каких бы перемен не желали люди, нужно усиливать протесты.

«Протест не может развиваться, если он не включается в политический контекст и не начинает прирастать политикой», — резюмировал Глеб Павловский.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code