За последние три года правительство Казахстана выделило на поддержку Туркестанской области и Шымкента трансферты на сумму в 2 с лишним триллиона тенге. В будущем году республиканский бюджет перечислит им еще полтриллиона тенге. По идее, при таких расходах южный регион давно уже должен был стать процветающим краем. Но, как ни странно, он продолжает оставаться депрессивным, а его жителей в рамках госпрограммы тысячами переселяют в северные области. Которые, в свою очередь, сидят на скудном финансовом пайке. Согласитесь, но у такой бюджетной политики нет никакой логики. Или мы чего-то не понимаем?

На днях Нурсултан Назарбаев в интервью на телеканале Qazaqstan популярно объяснил казахстанцам пользу бюджетных расходов на строительство и развитие Туркестана. Этот небольшой, с населением всего в 165 тысяч человек, город летом 2018 года стал новым административным центром Южно-Казахстанской области (теперь Туркестанской) взамен Шымкента, который получил статус города республиканского значения наряду с Алматы и Нур-Султаном.

С тех пор на развитие и благоустройство Туркестана стали выделять огромные средства, что у многих вызывает недоумение. Люди задаются вопросом о целесообразности подобного расточительства в условиях масштабного экономического кризиса. И вот елбасы попытался объяснить, что к чему.

«Этот вопрос всегда поднимается – куда уходят деньги? Когда строили нашу столицу, тоже так было. Но сейчас каждый вложенный в столицу тенге приносит три тенге. Столица превратилась в донор, вливающий средства в бюджет. Сейчас в развитие Туркестана планируется вложить на первом этапе 350 млрд тенге, 50 процентов из них – это частные инвестиции, которые частники вкладывают в свой бизнес. Это гостиницы, торговые центры, объекты туризма. Поэтому, я думаю, никаких сложностей это не принесёт», — заявил первый президент, отметив, что Туркестан имеет древнюю историю и является духовной столицей всего тюркского мира.

Нам, конечно же, приятно осознавать, что Казахстан стал родиной тюрков, и их духовная столица обнаружилась не где-нибудь, а именно у нас, в бывшей ЮКО. Но после двадцати лет безумных трат на строительство северной государственной столицы – Астаны/Нур-Султана, боюсь еще одну столицу наша несчастная экономика и общество уже просто не потянут.

Тем более что мы всё это уже проходили. Нам точно также долгие годы говорили, что помпезные стройки Астаны ничегошеньки не будут стоить республиканскому бюджету, что все эти архитектурные безумства, футуристические пирамиды и дворцы с цыганской роскошью оплачены частными инвесторами.

Страна в это верила (а куда было деваться?), но пока ширилось строительство в Астане, все прочие казахстанские регионы хирели и приходили в упадок. Астана как черная дыра пожирала все.

И вот теперь за счет бюджетных и внебюджетных вливаний начали строить еще одну столицу, теперь духовную. Соответственно принялись вкладывать в развитие всего региона. И объясняют это не только необходимостью сохранения и приумножения духовного и исторического наследия тюркских народов, а также развитием туристического потенциала региона, но и необходимостью решения острых социальных проблем. Мол, регион перенаселен, доходы у местных жителей низкие, безработица наоборот, высокая и потому бюджетные инвестиционные проекты должны помочь с решением этих проблем.

Никто не спорит с тем, что нищета и безработица — актуальные проблемы, но принимаемые для их преодоления меры кажутся не совсем адекватными.

Если верить официальным данным, то бюджет Туркестанской области (образована в 2018 году из бывшей Южно-Казахстанской области после перевода Шымкента в республиканское подчинение) за последние три года (с 2018 по 2020) составил без малого 2 триллиона тенге. Если быть совсем точным, то 1,962 триллиона тенге. Из них трансферты из республиканского бюджета составили 1,8 триллиона.

Один из самых густонаселенных регионов страны с населением в 2 миллиона человек в год сам зарабатывает всего лишь 25-30 миллиардов тенге (через налоги, продажу госсобственности) и практически целиком и полностью находится на содержании у республики.

Кстати, бывшая столица региона – город Шымкент – также прочно сидит на трансфертах. С 2018 по 2020 годы его совокупный бюджет составил 685 с лишним млрд тенге, из которых 379 млрд поступило прямиком из республиканского бюджета.

Для сравнения: за этот же период расходы другой столь же густонаселенной области – Алматинской (в ней проживает даже чуть больше жителей – 2,1 млн) — составили 1,3 трлн тенге, из которых на долю трансфертов пришлось 509 миллиардов, что в три с лишним раза меньше финансовых средств, полученных Туркестанской областью.

Павлодарская же область на этом фоне со своим совокупным бюджетом в 563 млрд тенге с 2018 по 2020 годы (из которых 147 миллиардов это трансферты) выглядит вообще бедной родственницей, несмотря на то, что по своему промышленному потенциалу в разы превосходит и Туркестанскую и Алматинскую области вместе взятые. Подобное неравномерное распределение национальных богатств, по мнению руководства страны, является разумным и справедливым.

Итого в целом на прежнюю Южно-Казахстанскую область двумя заходами (через Шымкент и Туркестанский областной бюджеты) из республики закачали за последние 3 года трансфертов на колоссальную сумму — 2 триллиона 160 миллиардов тенге.

И дальше этот щедрый финансовый поток будет только расти. В проекте республиканского бюджета на 2021 годы предусмотрено выделение трансфертов Туркестанской области в размере 391,668 млрд тенге (и отдельно городу Шымкенту 138,334 млрд тенге). А Нурсултан Назарбаев в своем интервью государственному телеканалу призывает казахстанцев не жалеть о потраченных бюджетных средствах, поскольку Туркестан – духовная столица.

К сожалению, Павлодарская область в духовном плане не столь значима для правительства – ей в будущем году достанется трансфертов всего на 55 млрд. 

А теперь самое поразительное. В стране вот уже несколько лет действует госпрограмма продуктивной занятости, в рамках которой правительство занимается переселением граждан из так называемых трудоизбыточных регионов юга в северные области, включая и Павлодарскую. Переселяют тысячи семей, в первую очередь, из Туркестанской области, по утвержденным правительством квотам. Переселенцам оплачивают переезд, на новом месте выделяют земли, выдают на руки подъемные средства, покупают жилье.

Согласитесь, но это очень странно, что при таких колоссальных вливаниях южные регионы продолжают оставаться депрессивными и бедными?

Хочется спросить министров из правительства: ребята, вы там ничего не перепутали? Если мы все правильно понимаем, и те триллионы тенге, что были выделены трансфертами из республиканского бюджета, в самом деле пошли на социально-экономическое развитие Туркестанской области и Шымкента, то, по идее, надо не южан переселять на север, а наоборот – жителей северных регионов перевозить на юг. Но этого нет (и вряд ли будет).

Обещания первого президента отбить колоссальные затраты на строительство Туркестана будущими налоговыми сборами, мягко говоря, не совсем корректны, а проведенная им аналогия с Астаной/Нур-Султаном — притянута за уши. Как все прекрасно знают, огромные налоговые сборы в бюджет столицы обеспечены пропиской в ней офисов крупнейших казахстанских корпораций. Так что Туркестану тут ничего не светит – вряд ли национальные компании начнут менять место дислокации. Надежды на рост доходов от туризма и религиозного паломничества тоже вилами на воде писаны.

Про ЭКСПО-2017 нам уже говорили нечто подобное: обещали миллионы интуристов, сказочные прибыли и так далее. 

Боюсь, что за высокими разговорами о духовной столице и сохранении исторического наследия кроются весьма приземленные желания – освоить и распилить побольше денег.

Духовность как абстрактная идея, как полемический аргумент, конечно же, нужна (для борьбы с оппонентами и для мобилизации народных масс, особенно в кризисные периоды), но ею одной сыт не будешь. Поэтому кое-кто старается духовность монетизировать. Ибо на оплату той же заграничной недвижимости и ее юридическое прикрытие нужны деньги. Очень большие.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here