На недавнем (4 февраля) заседании Совета Безопасности РК его глава и первый президент Казахстана Нурсултан Назарбаев указал на раскол общества и элит в развитых странах и возврат мира к битве идеологий, призвав укреплять национальную безопасность. А знаете, что это означает на практике?

Наблюдатели считают, что  этим заявлением елбасы обозначил курс на консервацию нынешнего авторитарного режима в Казахстане. В связи с чем  нам показалось интересным проследить, как он переосмысливал свое представление о демократии и свободе слова и, как следствие, переделывал устройство государства под свои меняющиеся представления.

Не секрет, что первый президент Казахстана начинал свою политическую карьеру, критикуя пороки государственного устройства Советского Союза. В 1987 году немало шума наделало его интервью журналу «Дружба народов». Он тогда был председателем совета министров КазССР.

«Авторитарность — тормоз прогресса, демократизации общества, — говорил Назарбаев. — В экономике же она оборачивается застоем, топтанием на месте, затхлостью. Она порождает приписки, нарушения, плодит угодников, очковтирателей, корыстолюбцев. Инициативные, смелые люди, те, кто мог бы двигать прогресс, оказываются неудобными, ведь авторитарности не нужны ни смелость, ни инициатива. Пышные юбилеи, парадный стиль руководства, помпы, фимиам — вот антураж авторитарности».

«Гласность ей (авторитарности – ред.) не нужна, гласность обнажает ее ничтожность, казенщину, серость, неспособность оригинально мыслить, принимать смелые решения, идти по революционному пути. Эволюция, медленная, затратная — вот ее удел».

А еще он ратовал за недолгий срок власти одного человека:

«Руководитель не должен десятилетиями занимать один и тот же высокий пост. Нет той мобильности. Желание «казаться» на своем месте создает в конечном итоге ореол непогрешимости. Тут нужен временной ценз. И, само собой разумеется, гласность. Это лекарство от всех болезней!..

К чему приводит ее отсутствие, мы имели возможность убедиться много раз. Повториться это не должно…».

В этом же интервью Назарбаев обрушился с критикой культа личности (на смену которому спустя много лет пришел его культ) и порочной практики назначения на госдолжности родственников:

«Вот оно-то, время, и проверило многих наших руководителей на прочность! В том числе и Кунаева. Протекционизм, упоение властью, самовосхваление — было. Огромные его портреты во всех городах и селах, конторах, школах, вузах, даже в бомбоубежищах, в какой-то мере отождествляли его имя с судьбой Казахстана. Отсюда безнаказанность, нарушение законности, затушевывание проблем, нарушение норм социальной справедливости.

Грубое пренебрежение ленинскими нормами подбора и расстановки кадров, выдвижение земляков, угодников, подхалимов было. А с другой стороны, благодушие, просчеты в интернациональном воспитании молодежи — все это не могло не вызвать деформации общественного сознания. Это-то и было одной из самых главных причин всплеска негативных проявлений в Алма-Ате 17-18 декабря прошлого (1986 – ред.) года».

И в том же интервью Назарбаев возмущался воровству (или как говорят сегодня — нецелевому использованию государственных средств):

«К сожалению, привычка брать больше чем ты заслужил, прочно въелась в иных руководителей. Чем иначе объяснить, что в то время, когда в Казахстане остро ощущалась нехватка больниц, поликлиник, родильных домов, огромные деньги разбазаривались на строительство помпезных административных зданий, музеев, бань (возведение одной такой бани обошлось в несколько миллионов рублей), дворцов и других, так называемых, престижных объектов. А сколько в областных центрах возникло разного рода резиденций, роскошно обставленных, шикарно отделанных! На их строительство незаконно отвлекались средства из госбюджета, все это скрывалось от глаз народа, тщательно камуфлировалось».

Отношение Назарбаева к свободе слова в 1987 году тоже было другим:

«Гласность — вот лучшее лекарство от всех этих бед! Конечно, в прошлые годы были созданы идеальные условия для перерождения кадров, и было это не только в Казахстане. Без критики существовали десятилетиями целые зоны. Кто бы осмелился критиковать Кунаева, Казахстан, зная, что лично Л.И.Брежнев является другом Кунаева? Ясно, что именно поэтому сигналам с мест, а их было немало, сейчас мы об этом говорим открыто и с болью, не придавали значения в центре, а то и спускали их обратно в республику с требованием разобраться на месте. Как получилось, что тот же Бекежанов мог позволить себе на самолете Кунаева совершать дорогостоящие экскурсионные полеты на Камчатку, прихватив с собой ближайших дружков? Не было гласности, не было критики, на все это смотрели сквозь пальцы, опасаясь личных неприятностей».

Он утверждал, что правда должна быть одна и полная, и ее нельзя замалчивать:

«Очень хорошо обо всем этом сказал на июньском Пленуме М.С. Горбачев: «Демократизацией недовольны те, кто боится оказаться под гласным контролем общества. Они хорошо знают: от начальства еще можно отговориться, а вот перед народом надо отвечать полной мерой. Демократия все расставляет по своим местам – становится видно: кто есть кто и кто на что способен».

Для того времени все это звучало круто. Но уже в 1998 году у Назарбаева, ставшего президентом молодой независимой страны, энтузиазма поубавилось. 

В преддверии внеочередных президентских выборов (1999 года) Назарбаев заявил, что не будет экспериментировать с собственным народом только ради того, чтобы Казахстану аплодировали за демократический опыт другие страны.

«Идея демократии прочна, но демократические преобразования подстерегает опасность быть задушенными в результате войны, порожденной хаосом, анархией и вседозволенностью».

В 2008 году в интервью агентству Reuters Назарбаев честно признался, что когда-то ориентировался на США как на образец демократии, но построить политическую систему в Казахстане по образцу и подобию США ему не под силу:

«Я бы хотел сделать демократию, как в Америке, но где взять столько американцев в Казахстане?»  

В 2003 году накануне Дня Конституции РК первый президент Казахстана утверждал, что «все разговоры, чтобы влезть в Конституцию, изменять ее — это от дьявола». Увы, позже дьявол в ней изрядно порезвился – в Конституцию внесли столько изменений и дополнений, что со счета сбились.

В 2012 году на встрече с женщинами-редакторами СМИ елбасы раскритиковал обилие своих портретов:

«У нас доброхотов из прошлого еще очень много, вешать портреты президента где попало, я уже внушение серьезное сделал, на каждом столбе висят, куда не приходишь. Ну, если я вам сильно нравлюсь, пусть фотография моя стоит у вас на столе — у чиновников пусть висит определенного формата, но не надо увлекаться этим, мы это проходили».

И что? Сегодня мы повсеместно видим и его портреты, и памятники ему. Даже столицу страны  переименовали в честь него.

Свежо в памяти, как в 2014 году на пресс-конференции после встречи с президентом Франции Франсуа Олландом Назарбаев заявил:

«Права человека в Казахстане обеспечиваются шире, чем в некоторых европейских странах, где начинают приниматься запретительные законы именно по этническим принципам».

Эти слова вызвали у кого-то горькую усмешку, а у кого-то гомерический хохот, потому что уже тогда было понятно, что и с правами человека, и с любой критикой в адрес президента в Казахстане покончено.

А еще Назарбаев часто критиковал, пугал и устраивал публичную «порку» чиновникам. Но все ограничивалось словами. Например, как с деофшоризацией в 2015 году на встрече с представителями бизнеса.

«Я предупреждал и хочу сказать – после этой легализации мы начнем искать деньги, запрятанные от налогов по всему миру. Наверное, вы все видели, генеральный прокурор везде ездил, везде подписал договор о правовой помощи с самыми крупными странами, начиная с США. Организация экономического сотрудничества и развития объявила, что раскроет все счета, никаких оффшоров не будет. Мы предлагаем добровольно открыть деньги и спать спокойно, не дергаться, когда звонок в дверь».

И уже тогда, как и любой авторитарный правитель, елбасы в ответ на критику пугал тем, что его преемник будет еще хуже.

«Когда начнешь искать замену, вокруг все потоптано. Никого нет, один я. У вас других нет, поэтому держитесь за меня. Следующий президент хуже будет еще», — заявил он прямым текстом в том же году, выступая на расширенном заседании правительства РК.

Или пытался сделать ответственным за борьбу с коррупцией гражданское общество, которое к тому времени было уже обескровлено и обессилено:

 «Гражданский контроль — это самый надежный заслон коррупции и расточительству нерадивых чиновников. Мы с этого пути сворачивать не будем».

Кстати, в том же 2016 году были жестко подавлены земельные митинги, а тех, кого заподозрили в их организации, – отправили в тюрьму.

Вообще, с годами Нурсултан Назарбаев все чаще стал сваливать ошибки и провалы в работе на общество, окружение или отдельных госслужащих.

«Почему, это же в наших руках? Кто это делает? Где сидит пятая колонна внутри правительства?  Мы говорим одно, принимаем решение, делается по-другому», — возмущался он в 2017 году на расширенном заседании Правительства РК.

«Изменись сначала сам, прежде чем критиковать. Правительство что-то не сделало, аким не такой. Ты спроси себя, а ты что сделал?.. Если мы хотим, чтобы Казахстан и наша нация стала современной, то каждый должен начать с себя», — заявил Назарбаев в 2017 году на сессии Ассамблеи народа Казахстана.

И в том же году елбасы говорил, что «президенты, руководители стран меняются, а народ остается». Но заявляя о сложении своих полномочий, подчеркнул, что наделен статусом первого президента — елбасы и остается председателем Совета Безопасности страны, а также председателем правящей партии Нұр Отан и членом Конституционного Совета.

«Заботы страны и народа остаются моими заботами», — акцентировал он внимание на своей роли и поныне продолжает демонстрировать, что именно он является единственным и полноправным хозяином в Казахстане.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

  +  86  =  91