Казахстанцы стали беднее, они не удовлетворены жизнью, не уверены в будущем и стали более подвержены протестным настроениям. Так прокомментировали эксперты результаты социологического опроса Центра социальных и политических исследований «Стратегия» в рамках состоявшейся на днях дискуссии «Социальное самочувствие казахстанцев: цвет настроения?»

Центр «Стратегия» проводит ежегодное социологическое исследование с 2004 года. На этот раз в нем приняло участие 1180 респондентов национальной выборки.

Из результатов исследования следует, что показатели социально-экономического состояния казахстанцев сильно ухудшились.

«13% сказали, что денег не хватает даже на продукты питания. Мы градируем их как бедных, но как бы мы это ни назвали, люди, которым не хватает на еду, это нищие», — сказала глава «Стратегии» Гульмира Илеуова в своем выступлении на онлайн-площадке аналитической группы «Кипр» и «Народной партии Казахстана».  

При этом она отметила, что минимальные цифры по этому показателю — 10% — фиксировались в стране в 2004 году. То есть 16 с лишним лет назад!

Порядка 35% респондентов сообщили, что им хватает на еду, но не хватает на одежду. А доля людей, которым хватает на еду и на одежду, но не хватает на крупные бытовые покупки, упала до 31% (с больше, чем 50%). 

«И это тот самый тревожный звонок, ведь вскоре некому станет покупать строящиеся квартиры, выпускаемую технику и так далее», — добавила Илеуова.

Она привела еще один показательный пример: из года в год неуклонно снижается уровень удовлетворенности населения своей жизнью:

«Например, уровень удовлетворенности населения своей жизнью почти всегда превышает 50%. Но когда мы смотрим динамический ряд, видим, что идет неуклонное падение показателя, начиная с 2017 года. А он — ключевой для того, чтобы понимать, какое социальное самочувствие реально присутствует».

В ходе опроса были получены также такие данные: 44% респондентов считают, что экономическое положение страны плохое или очень плохое (в 2020 году этот показатель был 14%, а в 2009 году — 15%). Материальное положение своей семьи плохим назвали четверть опрошенных (в годы ипотечного кризиса — 2008-2009 годы — этот показатель был 14%). 12% полагают, что в следующем году они будут жить хуже, чем сейчас, и это, по наблюдениям социологов, худший показатель с 2004 года.

Подробнее о результатах этого исследования читайте здесь.

Один из постоянных вопросов  ежегодного опроса социологов: какое настроение характерно для большинства населения страны. В этот раз ответы на него оказались удручающими.

«Показатель надежды был всегда выше 50%. В этом году он упал до 30%, хотя в 2017 составлял 43%. Уверенность в завтрашнем дне была на уровне 20%, а теперь упала до 5-7%. При этом ощущение безысходности и разочарования выросло с 10% до 20%, а отсутствие четких перспектив — с 15 до 25 %», — назвала цифры координатор проектов «Стратегии» Ольга Симакова.

Отвечая на вопрос модератора дискуссии Ерлана Смайлова, выльются ли столь мрачные настроения в социальные протесты, Гульмира Илеуова заметила: 

«Когда люди живут долгое время живут в бедности, у них не формируются протестные настроения или запросы к власти, потому что люди заняты выживанием. В политическом плане они себя не проявят, хотя склонность к агрессии в этих кругах возможна. Что касается других категорий населения, которые видят возможности поддержания приемлемого уровня жизни, то у них, мне кажется, есть доверие к власти, в частности в лице президента Токаева. 61% опрошенных сказал, что испытывают недовольство, это почти в два раза больше, чем в прошлом году. Но констатация недовольства — это одно, а непосредственно протестные действия — это следующий шаг».

В свою очередь Ольга Симакова, говоря о «цвете настроения» казахстанского общества, добавила, что он далеко «не мирный».

«Боюсь, что мы уже из синего переходим в ультрамарин и даже фиолетовый, потому что это уже не просто недовольство или сожаление, это уже не тревога, а прямо разочарование. По поводу активности и в какую сторону это выльется, мы можем говорить: «призрак витает».

Ощущение того, что что-то происходит, недовольство растет и это может во что-то вылиться, оно кожей чувствуется.

И когда мы спрашиваем, возможны ли протестные настроения, люди уходят от ответа, что это возможно в том населенном пункте, где они живут, но с готовностью говорят, что это возможно в другом регионе. Сейчас об этом (о возможности протеста в другом регионе) говорят 33% опрошенных, тогда как в 2013-м это было всего 12%. И это тревожно», — подчеркнула Симакова.

Однако государственные органы в нашем «слышащем» государстве продолжают страдать «толстокожестью». Так, по словам Гульмиры Илеуовой, статведомство, опираясь на показатели прожиточного минимума и минимальной зарплаты, продолжает показывать цифры бедности населения в районе 3%.

«Я не знаю, кому в государстве нужны такие цифры. Иногда мне кажется, что власть успокаивают позитивные цифры (…) Но мы теряем уровень жизни, мы должны признать это, найти ключевую причину и, поняв, определив проблему, уже по ней работать».

Ну а что до отношения людей к действиям властей, то, как следует из исследования, 40% опрошенных приспосабливаются к ним, четверть старается игнорировать и жить своей жизнью, каждый десятый относится к ним с неприязнью, а одобряют действия правительства только 13%.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here