Начало нового 2022 года станет страшной страницей в истории современного Казахстана, когда мирный протест против повышения тарифа на газ для населения внезапно превратился в массовый погром. На улицах городов бесчинствовали мародеры, а население несколько дней жило в страхе под звуки выстрелов. Нам удалось взять комментарий у жительницы Алматы, которая живет рядом с площадью Независимости. Ниже предлагаем ее рассказ.

Начну по порядку с 4 января. Где-то к пяти часам вечера этого дня уже вся площадь Республики была оцеплена полицейскими, стояли машины. А в начале первого ночи 5 января по прилегающим улицам пошли первые митингующие.

Я их снимала. Это были хорошо одетые, видно, что городские, молодые люди. И это были не только казахи, было много и русских. Было очень спокойно. Люди подошли и остановились на пятачке улиц Фурманова и Сатпаева.

А вокруг стояли уже наготове вдоль Сатпаева в сторону Ленина автозаки и полицейские машины. Улица Фурманова была зафиксирована полицейскими.

Люди мирно стояли. Их было немного. По сути, даже криков не было никаких. И я была уверена, что сейчас выйдет аким или кто-нибудь из представителей власти и просто поговорит с людьми. Но никто не вышел. А через минут 10-15 на людей безо всякого предупреждения начали двигаться полицейские автомобили и сами полицейские со щитами.

В центре этого движения было несколько спецмашин, которые стали так крутиться, чтобы толпа разделилась на две части. Одну погнали по улице Сатпаева в сторону улицы Мира, другую — вниз по Фурманова.

Когда толпу разделили, тут же начались взрывы. Они шли постоянно и без перерыва. Повалил белый дым, который окутал все вокруг и проник даже в мою квартиру – настолько мощной была газовая атака.

Народ стал разбегаться. Вся операция по разгону заняла меньше часа.

То есть люди постояли меньше 15 минут, как начались первые взрывы (в 00.34 5 января), и к двум часам ночи вся площадь была зачищена, на ней остались только полицейские и их огромные машины с мигалками.

Я подумала, что все закончилось.

Утром в 6.00 приехала уборочная техника – площадь и улицы вылизали и вычистили. И жители нашего квартала выдохнули, подумав, что все закончилось.

Но в два часа дня 5 января к площади со стороны Абая стали подходить опять полицейские в касках и со щитами. Их было очень много, и они выстроились вдоль квадрата. И тут же пошла толпа людей.

Я начала снимать ее и удивилась — это были какие-то новые лица, и была видна разница в физическом плане. Было много парней с бородками и без усов, в темных шапочках, в трениках, с палками в руках. Толпа производила впечатление агрессивных маргиналов.

Это была черная река людей. Улица Фурманова заполнилась ими вся.

В центре этой массы людей ехали машины без номеров. Ехали медленно. Из них выглядывали какие-то мужики. Они на ходу вытаскивали пакеты и раздавали из них какие-то маленькие пакетики. Я смотрела и думала, что это, возможно, насвай. Они их очень быстро распределяли среди толпы.

И вот эти все лидеры были в медицинских масках. Они отличались от остальных. Тем, что они всем остальным приказывали.

Через десять минут примерно полиция, которая типа приготовилась заранее к приходу толпы, как только к ним подошла эта черная масса людей, вооруженных палками, ничего не делая и не предпринимая, развернулась и убежала. Часть побежала по Фурманова, часть — по Сатпаева, и через десять минут на площади остались только вот эти люди.

Причем видно было по ним, что они – не наши.

В 15.00 площадь вся была занята этими людьми. Ни одного представителя правоохранительных органов не было видно.

А дальше все разворачивалось с дикой скоростью. Площадь гудела, толпа кричала что-то, и мне показалось, что не на казахском языке, потому что не удалось разобрать ни одного знакомого слова. Толпа все больше неистовала. Было страшно. Я снимала и думала, что они либо обкуренные, либо пьяные. В какой-то момент толпа стала распределяться: часть по Фурманова побежала, другая часть начала грабить – бить стекла в магазинах.

И с трех часов дня 5 января это продолжалось до двух ночи 6 января.

Подо мной в доме находился спортивный магазин, и, когда его грабили, моя квартира, казалось, ходила ходуном.

Они подожгли акимат – я не видела из окна, как он горел, только черный дым. Подожгли парк, который разбили на месте госпиталя.

Потом подожгли телевидение, несколько автомобилей, которые горели просто бешеным пламенем.

Мы с соседями стали звонить в пожарную службу, но там нам сказали, что они в курсе событий, но не могут проехать, потому что машины обстреливают, сотрудников уже успели избить.

Рядом со мной был офис КТК, и туда стали забрасывать зажигательные баллончики — он вспыхнул. Поджигать начали со стороны, где вход — там, где вывеска «Караван».

Моя квартира вся осветилась отсветом этих пожаров, наполнилась едким дымом и даже нагрелась. Было страшно, у меня началась паника.

А над магазином «Океан» живут мои подруги. Они рассказали, что мародеры начали поджигать рестораны, что были расположены на первом этаже этого дома. И они настолько испугались, что сгорят в своих квартирах, что сами кинулись с ведрами тушить пожар, несмотря на бесчинствующую толпу.

Мы надеялись, что к комендантскому часу, который был назначен на 23.00, приедут хоть какие-то представители государства и правоохранительных органов. Но нас реально бросили. Бандиты заняли всю территорию, они лазили во дворах, хозяйничали — все, что можно было разбить или сломать, они уничтожили. Они грабили и поджигали.

Этот кошмар более-менее прекратился примерно в 2.00 ночи 6 января. Бандиты ушли куда-то вниз. Мне позже позвонили ребята, что живут на улице Абая, и сказали, что теперь грабят там.

С двух до четырех утра был интернет, и я даже успела пост написать о том, что нас реально бросили на произвол бандитствующих элементов.

В 6.00 утра 6 января я проснулась от выстрелов на площади, но так ни одного представителя полиции и не увидела.

В два часа дня наконец приехали пожарные. Это были представители государственных служб. Они начали тушить тлеющие здания на площади. А я смогла выйти на улицу и пофотографировать.

Тогда я увидела, как толпы людей шли в сторону памятника Независимости, но из-за тумана видела лишь много темных силуэтов.

Пожарные час примерно тушили все. Мы с соседями успокоились, пытались прибрать во дворе, появились даже добровольные дружины, чтобы охранять магазины. Мои соседи готовили чай и выносили его пожарным – мы все расчувствовались и успокоились, думали, что война закончилась, и мы уже пережили самую страшную ночь.

Вечером стали подъезжать к площади тяжелые машины с военными, БТРы. Я про себя еще подумала: «Где же вы были вчера?!» Однако чуть позже опять все ушли – и полицейские, и БТРы. Опять площадь была пустая!

Я подумала, что нас вновь бросили.

А толпа вот этих вот людей снова собралась, но уже около памятника Независимости. Построили баррикады из скамеек на улице Фурманова и на самой площади. Они там с флагами в руках что-то кричали.

У меня такое ощущение было, что им позволили собраться, потому полиция прямо сбежала в это время, и все их машины, и БТРы исчезли.

Где-то в шесть часов вечера была уже кромешная тьма. К этому время военные вернулись. И в 18.45 началась канонада – сначала автоматные очереди, потом стреляли из БТРов. Прямо бухало все. Свистели пули – соседи рассказывали, что у них на шестом этаже они застряли в стене.

Когда примерно в час ночи 7 января закончилась стрельба, я рискнула выйти на балкон и успела сфотографировать труп. Утром его уже убрали. Когда я решила выйти из дома, то увидела еще труп на пересечении улиц Сатпаева и Байсеитова.

Соседи, которые живут параллельно зданию телевидения, рассказали мне, что к ним ночью заходили солдаты с автоматами – они искали убегавших бандитов, которые бежали через разоренное здание телевидения.

Это была третья страшная ночь.

7 января утром появились силы ОДКБ. Они четко стали выстраивать блокпосты и готовить вооружение. В 18.45 опять началась стрельба, военные кричали жителям, чтобы отошли от окон. Было страшно.

Военные стреляли куда-то вниз по улице Фурманова, откуда пыталась прорваться какая-то машина. Ее обстреляли, и она горела всю ночь. И она была не единственной – я просто удивилась, сколько машин пыталось вверх или вниз по Фурманова  вдоль Сатпаева проехать, а по ним стреляли. Кто-то успевал развернуться и уехать, но не все. На моих глазах из машины вытащили молодых парней в этих черных шапочках и уложили на асфальт.

То есть и эта ночь с 7 на 8 января опять была со стрельбой, пожарами и едким запахом гари. Никто не спал.

Последующие ночи были уже спокойнее.

Сегодня, 8 января, на площади появились беларусские ОДКБшники. Они наводили порядок. И люди в штатском. В общем, началось движение.

В час дня появилась огромная кавалькада из уборочной техники, появились дворники и начали убирать.

Люди, увидев это, стали выходит из домов – пошли по магазинам. И, казалось, что у всех какая-то дикая эйфория. Я зашла в «Столичку» и удивилась – думала, что все будут покупать стратегические запасы, но почему-то разбирали торты, шоколад, конфеты. И все были какие-то счастливые, вежливые, друг другу уступали и улыбались. Мы выжили.

Фото Ботагоз Сейдахметовой и Ирины Медниковой из Facebook

 

ПОДДЕРЖИТЕ НАС!

 

В Казахстане почти не осталось независимой прессы. За последние годы власти сделали все возможное, чтобы заткнуть рты журналистам и запугать тех, кто осмеливается писать о них правду. В таких условиях редакции могут рассчитывать только на поддержку читателей.

 

KZ.MEDIA – молодой проект. Редакция нашего медиаресурса не зависит ни от власти, ни от олигархов. Для нас нет запретных тем, мы пишем о том, что считаем важным. НО НАМ НУЖНА ВАША ПОДДЕРЖКА!

 

Помогите нам рассказывать вам ПРАВДУ о ВАЖНОМ!

 

Поддержать нас можно через KASPI GOLD, отправив свою сумму на номер телефона 8-777 681 6594 или на номер карты 5169 4971 3344 9037.

 

И есть еще несколько способов – они на этой странице.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here