В конце прошлого года копилка казахского контента YouTube пополнилась проектом журналиста «Первого канала Евразия» Амана Тасыгана — New Old Qazaqtar. По задумке автора, в студии представители старшего и молодого поколения из разных сфер должны обмениваться мнениями, делиться опытом и рассказывать о своих взглядах на жизнь. Однако на деле встреча в студии превращается в место, куда приглашаются «мальчики и девочки для битья», где пытаются перевоспитать «неправильных» казахов, навязать им свои принципы, а порой умудряются и оскорбить. В общем, всё традиционное должно победить современное, как добро побеждает зло.

Гостями одного из выпусков стали известная исполнительница традиционных песен, актриса и телеведущая Жанар Айжанова и модель Динагуль Тасова, которая выходит на подиум в прозрачных нарядах. Носителем традиционных (а значит — правильных) ценностей, как нетрудно догадаться, выступает первая гостья. Вторую нужно было убедить в том, что она неправильно живёт, более того: оскорбляет всю нацию своим «голым» искусством.

Тема выпуска была обозначена как «Атаққұмарлық», «Атақ қуғандар», что в переводе с казахского означает «тщеславие», «в погоне за славой» и имеет негативный оттенок. Однако, встречая Жанар Айжанову, он восклицает: «Атақты, бірақ ешбір атағы жоқ, атақпен шатағы жоқ Жанар ханымды қарсы аламыз!» («Встречаем знаменитую, но не гоняющуюся за званиями и славой…»). Получается, тема выпуска посвящена одной героине, которая, по версии проекта, ищет славы любой ценой? Ведь не зря заголовок на видео кричит: «Жалаңаш қыздар — трагедия!» («Голые девушки — наша трагедия»).

При представлении гостей друг другу «известная артистка» небрежно бросает: «Нет, я не знаю её». Но когда ей показывают фотографии Динагуль с показов, вдруг вспоминает, что где-то она это уже видела.

После ответа на вопрос ведущего, что ей никогда не было стыдно за свои наряды, народная артистка переходит в атаку на свою визави.

«Тебе уже 29 лет, у нас таких называют “старая дева”. И до скольки лет ты планируешь оголяться, до 70? Может, сразу и низ откроешь? Ты же не в таком возрасте, чтобы вот так вот показывать груди», — выносит она свой первый вердикт. И затем они уже с ведущим на пару начинают «пытать» модель: это настоящая грудь или нет, а зачем ты их увеличила, тебе хочется, чтобы все их видели, расстегни пиджак, застегнись… Осталось только потрогать руками.

Затем разговор «о сиськах» плавно переходит на «национальный вопрос»: «Откуда родом, родители есть, братья? Наверное, ты не казашка? Не чистокровная? Ну, тогда понятно…» Настоящие же казашки так себя не ведут или не должны, по крайней мере (по версии «следствия»).

Динагуль пыталась объяснить, что это всего лишь её работа, и она считает себя прежде всего личностью, профессиональной моделью, а не просто казахской девушкой, но на её слова вообще не обращали внимания.

Её оппонентка постоянно переходила на личности и, будто психиатр, всё пыталась поставить диагноз: девушка перенесла большой стресс из-за смерти матери и сестры, у неё обида на отца, который живёт с другой женщиной, она испытывала нужду и поэтому пошла на «такое».

А ведущий добавляет: «Ты ради денег пошла на это?».

Так и хочется крикнуть: «В конце концов, она же не проституцией занимается!» Хотя то, чем занимается модель Динагуль Тасова, судя по всему, именно так и воспринималось в этой студии.

Дальше пошла мораль.

«Ну и что, что это нормально где-то за рубежом, это не искусство для нас. Мы, казахи, другие, и подражать не нужно Западу. Там вон мужчины женятся друг с другом, а женщины между собой. Бросай всё это, лучше подумай о будущем, о замужестве, в твоём возрасте у девушек по 4-5 детей», — по-матерински отчитывала артистка собеседницу.

В ответ на печальную историю о том, как бывший парень модели избил её после первого показа в прозрачной кофточке, вообще прозвучало что-то в духе «сама виновата»: «На самом деле хорошо, что он тебя избил. Он начитался негатива, поэтому поднял на тебя руку. Если бы ты с ним осталась и продолжала бы оголяться, он бы убил тебя. Рано или поздно у него бы лопнуло терпение. А так он тебя избил, и вы расстались, избежав трагедии. Ты поблагодари его за то, что так всё произошло».

Жанар Айжанова то жалела, то воспитывала, то отчитывала, ругалась матом и оскорбляла свою визави, но не воспринимала как равного собеседника. Хранительница всего национального, стоящая на страже традиций, говорящая всё время об особой этике казахского народа, проявлявшейся даже в мелочах быта и деталях женского одеяния, почему-то напрочь забывала об этой самой этике в ходе разговора и часто скатывалась на уровень базарных разборок.

«И не надо мне тут говорить, что казахские парни не решаются или боятся с тобой заводить разговор, делать предложения. Чего им бояться? Твоей искусственной груди? Казахи — прекрасные мужчины, имеющие достоинство и гордость, им нужны достойные девушки. И я не позволю тут их оскорблять. А кто будет это делать, я готова им волосы повыдёргивать. Они не хотят с тобой заводить отношения, зачем ты им такая нужна? Да они тебя убьют за такие фотографии и будут правы. Ты лучше найди себе кого-нибудь другой национальности, иностранца, и уезжай из страны, так будет лучше!»

Ведущий вместо того, чтобы привести разговор к какому-то балансу, время от времени и сам подключался к линчеванию: «Динагуль, ты ничего для себя не вынесла из этого разговора, так и будешь продолжать показывать грудь? Когда ты сказала, что отказалась от съёмок в “Плейбое”, у меня мелькнула надежда, что ты, как настоящая казашка, не захотела позорить нацию на весь мир. Ведь ты же должна иметь уважение к себе, или ты себя не уважаешь?»

Возражения модели, что «подиум не выбирает и не делит на национальности», что это образ, и она не ходит по улице, как на показах, снова потерялись среди пафосных речей об «особенностях казахской нации».

В итоге и ведущий, и менторша, судя по всему, отчаялись перевоспитать «девушку с искусственной грудью», но выразили на это надежду. На том и расстались, как говорится.

Другой выпуск. Тот же сценарий, та же схема, беседа в том же русле. Только тема другая: «Не будь визажистом, будь мужчиной!»

Гости — боксёр Айдар Шарибаев в роли мужественного, брутального «нағыз қазақ» и Асылжан Болат, молодой, вежливый визажист.

Отец-железнодорожник мечтал, что сын пойдёт по его стопам, но мальчик окончил художественный колледж и теперь, как язвительно заметил ведущий, «рисует на женских лицах». Хороший, в общем объект для перевоспитания.

«Таких мы раньше геями обзывали, могли и избить», — начинает боксёр.

Ведущий и «правильный» гость всё так же не оставляют надежды наставить на путь истинный заблудшую душу: «Надо в спортзал тебе ходить, если нет работы, сам тебе найду, для двух рук лопата найдётся, как говорится. Поехать с нами на охоту и вообще заниматься мужским делом».

Права человека, по словам боксёра, могут быть разными в разных частях света: к примеру, в Казахстане «мы можем предъявить таким парням за то, что они выкладывают фото с макияжем, занимаются не мужским делом, потому что мы всё-таки казахи. Более того, это наша задача. Иначе “вот такие” парни “заражают” других, те сначала красятся, потом становятся “голубыми”».

В продолжении беседы масла в огонь подливает ведущий:

«И до скольки лет ты будешь этим заниматься, в макияже фотографироваться, не будешь же дедушкой в 70 лет краситься? Девушки нет, не женат, ты точно стопроцентный мужик, не гей?»

В ответ на робкие возражения молодого человека — почему же мужчинам нельзя быть визажистами, и почему их принято считать людьми с нетрадиционной сексуальной ориентацией, — двое его собеседников предположили, что он нуждается в лечении. «А чем мы можем ему помочь? Болезнь надо лечить, а не замалчивать. Ведь он, слушай, плохо влияет на молодёжь».

Попутно поднимается и тема мужчин-гинекологов: по шариату и вообще «по понятиям» — не мужское это дело, «пусть меняют профессию».

К концу разговора визажисту устраивают экзамен на знание имён и подвигов казахских батыров и современных героев — спортсменов, добиваются обещания, что он пойдёт в спортзал, задумается о настоящем деле, достойном казахского мужчины, женится и пригласит всех на той. В общем, станет настоящим казахом.

Но, как мы видим, и в первой, и во второй программе проекта те, кто выступает за истинно казахские ценности, ведут себя агрессивно, не брезгуют матом, зачастую допускают прямые оскорбления. Их оппоненты, отстаивающие альтернативную точку зрения (а иногда элементарно — своё право выбирать профессию), предельно вежливы и интеллигентны. А ведущий вместо того, чтобы выступать в роли модератора, буфера, откровенно подыгрывает одной из сторон. Так кому не хватает воспитания? Вот в чём вопрос.

 

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

78  +    =  82