На прошлой неделе лидер партии «Ак жол» Азат Перуашев направил главе правительства депутатский запрос, в котором в пух и прах раскритиковал антикризисные мероприятия кабинета министров.

«Считаем, что в нынешних условиях нужно… обеспечить честную конкуренцию и прозрачные условия на рынке. Сдерживать цены нужно у монополистов, висящих на шее у производителей и населения, а не у МСБ; максимально сократить любые непроизводственные, кредитные и коррупционные (! – в.к.) издержки предпринимателей, которые ложатся дополнительным грузом в себестоимость товаров».

Принципиальная критика представителей власти со стороны нашей парламентской оппозиции – событие не рядовое само по себе. Но, учитывая внутреннюю и внешнюю турбулентность, объяснимое. И даже закономерное. Однако раньше все претензии к исполнительной власти заканчивались прошениями о послаблении в податях и списании недоимок. Тут – иное дело. Резюмирующая часть запроса акжоловской фракции звучит как призыв к революции. Сверху.

«Лучшим инструментом для этого является открытость и прозрачность власти и ее решений перед обществом. Демократическая партия «Ак жол» считает, что экономические реформы уже невозможны без реформирования политической системы, поэтапного внедрения институтов и принципов Парламентской Республики».

Что это было? У меня нет обоснованных объяснений. Напомню только краткую хронику предшествующих событий.

5 марта. Собирается бюро политсовета «Нур Отана». В официальной повестке дня «перезагрузка», под которой понимается усиление партии и ее влияния на принятие государственных решений. В тот же день поздно вечером в аэропорту имени Нурсултана Назарбаева приземляется самолет с доверенным лицом президента России Дмитрием Медведевым.

6 марта. Медведев встречается с нашими президентами. Владимир Путин в то же самое время критически высказывается о «двоевластии», к которому может прийти общество, если уходящие президенты, в том или ином виде будут оставаться у власти.

7 марта. Назарбаев звонит Путину и договаривается об аудиенции.

9 марта. Президент Касым-Жомарт Токаев проводит экстренное совещание с членами правительства в связи с резким падением нефтяных котировок.

10-11 марта. Назарбаев и Путин встречаются в Москве. В официальном сообщении говорится, что на встрече обсуждались проблемы ЕАЭС и цены на энергоносители. Затем елбасы совершает экскурсию по музею МГУ, а наблюдатели остаются в недоумении: чем же на самом деле была вызвана столь срочная поездка в столицу России, тем паче, что там объявлен карантин?

11 марта. На пленарном заседании Мажилиса депутат Перуашев делает запрос на имя премьер-министра с призывом скорейшего внедрения «институтов парламентской республики».

12 марта. Президент Токаев объявляет о введении чрезвычайных мер по борьбе с коронавирусом.

14 марта. Бауржан Байбек, первый заместитель председателя партии «Нур Отан», сообщает, что намеченное на 18 марта заседание политсовета не состоится. Председатель партии предпочитает отмолчаться.

15 марта. Токаев объявляет о введении чрезвычайного положения по всей территории страны сроком на один месяц. На совещании у президента присутствуют все члены Совета безопасности Казахстана, за исключением его пожизненного председателя.

Нурсултан Назарбаев после возвращения из Москвы на публике не появляется. О деятельности лидера нации в эти критические для страны дни ничего не известно.

***

Если верно предположение о том, что Библиотека заинтересована начать собственную конституционную реформу и намеревалась инициировать ее в ближайшее время, то странности в действиях Нурсултана Назарбаева находят себе объяснения. Но никто не мог предположить, что в планы вмешается стая «черных лебедей».

Началось с внезапного визита Медведева и резких высказываний Путина, Назарбаев срочно отбыл в Москву, однако опоздал. Выражаясь метафорично, он вылетел в одну Россию, а прилетел в другую. В тот же день государственная дума приняла поправку космонавта Терешковой, обнуляющие президентские сроки Путина.

Напомню, что реформа Конституции в России начиналась с послания Путина, в котором говорилось об усилении Думы, Совета Федерации и большей свободе действий для правительства. Однако парламентаристская риторика обернулась дальнейшим усилением президентской вертикали. В такой ситуации сама постановка вопроса об ослаблении президентских полномочий Токаева выглядела бы, в стенах Кремля, неуместной. Окно возможностей прикрылось. Точнее оказалось миражем. Разворот Путина на 180 градусов и пандемия коронавируса сделали политические реформы несвоевременными. По крайней мере, на некоторое время.

Тем временем, похоже, что замешательством библиофилов решили воспользоваться в Акорде. Оставим за рамками обсуждения целесообразность введения режима «ЧП» в стране, где официально на тот момент зарегистрировано полдесятка инфицированных. Обратим внимание, что таким образом обставленная борьба с эпидемией является феноменальной пиар-кампанией лично Токаева, в которой он предстает в роли полномочного и решительного главы государства. Повод для поднятия рейтинга подвернулся как нельзя кстати, если припомнить усиленно навязываемые в последнее время слухи о досрочной отставке второго президента.

Нам же остается только наблюдать, насколько действия Токаева впечатлят казахстанский истеблишмент и как на них отреагируют в Назарбаев-центре.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code