Сегодняшнему миру не хватает новостей «со счастливым концом». Поэтому когда слышишь, что есть еще страны на земле, где успешно противостоят пандемии COVID-19, радуешься.

На прошлой неделе генеральный директор медицинского центра «Сункар» Куаныш Керимкулов, давая нам интервью, сказал: «… вы посмотрите на японцев, на корейцев! Ничего у них там не закрылось, как работали, так и работают. Перестали руки пожимать, расстояние между людьми соблюдают полтора-два метра, носят маски и все!»

А ведь действительно, после эпидемии в Китае именно Япония и Южная Корея перехватили эстафету по росту заболевших коронавирусом, но потом они исчезли из «лидеров». Все переключились на наблюдение за европейскими странами, где продолжается рост и смертность от этой болезни. А затем на США, которые вышли в лидеры по количеству заболевших.

Так почему японцы и корейцы (а в их странах, как и во всей Юго-Восточной Азии, имеет место высокая плотность населения) смогли если не полностью остановить распространение вируса, то заметно снизить число заразившихся?

Почитав разные статьи, мы решили получить информацию из первых рук. Собеседника мы нашли в Японии — он живет там уже 12 лет.

Сибагат Алдыяров родом из Алматы. По образованию физик, специалист по детекторам частиц. После школы полтора года учился в Новосибирском государственном университете, затем, получив стипендию Японского Министерства образования, уехал в Японию, где отучился на бакалавра и в магистратуре. По завершении учебы его рекрутировала IT-компания. Таким образом, карьеру ученого он поменял на работу в IT-индустрии, связанную с финансами, и работает там уже шесть лет.

Сибагат Алдыяров откликнулся на нашу просьбу рассказать о том, как живет Япония в период пандемии. Видеоинтервью с ним вы можете посмотреть ниже.

В свою очередь у Южной Кореи тоже есть опыт сдерживания коронавируса без остановки экономики, но эксперты не уверены, что его можно распространить на другие страны мира. Подробно об этом недавно рассказала The New York Times. 

«Южная Корея смогла остановить распространение инфекции без драконовских мер Китая на ограничение свободы слова и передвижения, а также без закрытия границ, как сделали это в Европе и США».

Проблема в том, что перенимая опыт Южной Кореи, страны могут столкнуться с тремя препятствиями, ни одно из которых не связано с затратами или технологиями, считает The New York Times. Для решения проблемы нужны политическая воля, высокий уровень общественного доверия и время. NYT выделило четыре главных урока.

УРОК1: действовать быстро

Через неделю после выявления первого зараженного, 27 января, власти Южной Кореи встретились с представителями более 20 медицинских компаний и призвали их немедленно приступить к разработке тестов для массового производства.  Первый набор, сделанный компанией Kogene Biotech Co., получил одобрение правительства 4 февраля, хотя на тот момент в стране было зарегистрировано всего 16 случаев заболевания вирусом COVID-19.

«Южная Корея — открытое общество, и она хотела бы защитить свободу людей передвигаться и путешествовать», — объяснил министр здравоохранения Пак Нын Ху. — Вот почему мы проводим большое количество тестов».

УРОК 2: делать много тестов

За день Южная Корея может тестировать до 20 000 человек. Чтобы снять повышенную нагрузку на больницы, в стране было создано 633 центра, предназначенных только для тестирования, включая 50 станций на парковках, в которых люди могут пройти тест, не покидая своих автомобилей.

«Тестирование занимает центральное место, раннее обнаружение вируса сводит к минимуму его дальнейшее распространение и позволяет быстро лечить заболевших», — рассказал BBC глава южнокорейского МИДа Кан Гён Хуа.

Тесты, по мнению Кан Ген Хуа, это «ключ к нашему очень низкому уровню смертности».

В Южной Корее было проведено  более 300 000 тестов на 24 марта. Это в 40 раз больше, чем было сделано в США, отмечает NYT.

УРОК 3: отслеживать, изолировать и контролировать

Южная Корея разработала методы активного отслеживания контактов еще во время вспышки эпидемии MERS (так называемый ближневосточный респираторный синдром) в 2015 году. Медицинские работники отслеживали передвижения пациентов, используя записи с камер наблюдения, транзакции с кредитных карт и даже данные GPS с их автомобилей и телефонов.

«Мы проводили наши эпидемиологические расследования, как полицейские, — рассказал эпидемиолог Ки Мо Ран, который консультирует правительство по борьбе с коронавирусом. —  Позже мы пересмотрели законы и обозначили приоритет безопасности общества над конфиденциальностью частной жизни».

Корейцы восприняли вторжение властей в частную жизнь как необходимый компромисс. Штраф за нарушение карантина может достигать  2500 долларов. На телефоны приходят оповещения в случае, если поблизости выявлен случай заражения. На веб-сайтах и ​​в приложениях для смартфонов можно получить почасовые, а иногда и поминутные данные о перемещении зараженных людей — какие автобусы они использовали, куда ездили и даже информацию о том, носили ли они защитные маски. 

УРОК 4: заручиться поддержкой общества

Опросы показывают, что в южнокорейском обществе одобряют меры властей. Борьба с вирусом, как в военное время, дала людям «чувство общей цели». Телевизионные передачи, объявления в метро и оповещения на смартфонах — все напоминает гражданам о необходимости носить маски и дистанцироваться. 

Для того, чтобы победить эпидемию, необходимо предоставлять гражданам полный объем информации и требовать от них сотрудничества, говорит замминистра здравоохранения страны Ким Ган Лип.

«Благодаря общественному доверию у нас очень высокий уровень гражданской осведомленности и добровольного сотрудничества для борьбы с коронавирусом. Все это очень помогает», — резюмировал замглавы корейского МИДа Ли Тэ Хо.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code