Эпидемиологическая ситуация в Казахстане развивается по самому худшему сценарию. Для заболевших тяжелой формой пневмонии нет мест в стационарах, не хватает врачей, нужных медикаментов и медицинского оборудования. В самый критический момент прекращено массовое тестирование населения. Правительство запросило экстренную помощь в соседней Российской Федерации, где, кстати, положение в отдельных регионах тоже аховое. Это полное поражение в «фактической войне», как назвал пандемию Касым-Жомарт Токаев.

Вспомним, как развивались события на коронавирусном «фронте» с самого начала.

В середине марта, когда случаи заболеваний были еще единичными, глава государства объявил чрезвычайное положение и жесткий локдаун. Задним числом можно отметить, что тем самым по экономике и казне государства был нанесен весьма чувствительный удар, усугублявшийся упавшими до 20-летнего минимума ценами на нефть. Сокращение ВВП и бюджетные потери за второй квартал оказались катастрофическими.

Госмашина пропаганды, вместо того, чтобы внушать согражданам серьезное отношение к опасностям заболевания, все это время посвятило проблеме «42 500». Ответственные лица то раздавали широкие посулы, обещая пособие самым широким категориям населения, то стращали карами за незаконное получение социальной помощи, то, спустя сутки, отрекались от своих же угроз.

Вместе с тем, тотальный локдаун при незначительном количестве инфицированных породил широкое недовольство избыточными ограничительными мерами. За период ЧП у населения выработалось, что называется, «False sense of security», или ложное чувство безопасности, но никак не иммунитет или готовность следовать антиэпидемиологическим призывам властей. В результате большинство людей посчитали угрозу коронавируса сильно преувеличенной. Не удивительно, что по опросам социологических служб Ромир и Гэллап казахстанцы оказались впереди планеты всей по этому показателю.

Мне уже приходилось писать, что введение чрезвычайного положения преследовало прежде всего политические цели, а исполнено было таким образом, чтобы удовлетворить корыстные аппетиты определенного круга лиц. Социальная защита населения стала лишь прикрытием, а реальным решением надвигающихся проблем, как мы теперь выяснили, никто всерьез не занимался.

Пандемия предоставила Токаеву возможность блокировать политическую активность своего визави, а также развернуть собственную пиар-кампанию – «маленькую победоносную войну». С другой стороны, идею чрезвычайщины с энтузиазмом подхватили высшие исполнительные чины и некоторые приближенные олигархи, узревшие в ней возможность для усиленного распила госбюджета и Нацфонда.

Поначалу события развивались в выгодном для действующего президента русле. Нурсултан Назарбаев особой публичной активности не проявлял, то ли по состоянию здоровья, то ли потому, что опыт и интуиция подсказали ему, что лучше в этой ситуации остаться в тени. «Бунт» Дариги Назарбаевой, обратившейся в Конституционный Совет по поводу легитимности президентских актов, был решительным образом пресечен. Казалось бы, елбасы получил «детский мат», а Токаев вот-вот отпразднует победу не только над мировой заразой, но и над своим политическим патроном.

Между тем количество инфицированных продолжало рости. Через два месяца, в течение которых чиновники в центре и на местах нещадно дербанили госбюджет, карантин официально завершился. Токаев объявил, что «пик пандемии мы прошли», хотя никакого снижения количества заболеваний не наступило.

А через месяц после снятия ограничений развернулось настоящее бедствие. Триумф не состоялся, и теперь мы наблюдаем неуклюжие попытки Токаева дистанцироваться от возникших по его инициативе проблем. На срочном совещании в Акорде президент возложил ответственность за провал на межведомственную комиссию и акимов. Однако  организационные выводы на фоне надвигающейся катастрофы выглядят робко до постыдности: несколько выговоров и предупреждений. Даже профильный министр здравоохранения ушел сам, «по состоянию здоровья».

На разгон правительства Токаев не решился, а поручил ему же подготовить новые антикризисные мероприятия. Такое поведение демонстрирует как свойственную нашему президенту профессиональную дипломатичность, так и отсутствие несвойственных ему лидерских качеств – критически важное для адекватного реагирования на вызовы такого масштаба.

Несомненно, тут есть и «политический момент». Соответственно, смотреть на действия Токаева надо через призму сложившейся в Казахстане системы двоевластия. Сегодняшнее правительство досталось второму президенту от первого. Все это время Токаеву было выгодно выпячивать неудовлетворительную работу кабинета, подразумевая, что и все проблемы тянутся из прошлого. Такая интерпретация то и дело проявлялась в текстах лояльных Акорде ньюсмейкеров: новому президенту якобы не дают развернуться старые кадры.

Но подписанием чрезвычайных указов и изгнанием из Сената Дариги Назарбаевой Токаев продемонстрировал, что в руках главы государства по-прежнему сосредоточена огромная власть, буде проявит он к тому свою волю и желание. Разговорчики о временном «зиц-президенте» приутихли. Отныне мало кто сомневается в том, что Токаев обладает полномочиями уволить любого чиновника, включая премьер-министра, если тот не справляется с его поручениями. Другое дело, что отправив правительство в отставку именно сейчас, ему придется взять на себя всю полноту ответственности за все происходящее в стране без права списания неудач и провалов на прежнее, «застойное» руководство.

Вследствие этих обстоятельств мы становимся свидетелями банального бюрократического пинг-понга. Президент Токаев, который еще в марте, ничтоже сумняшеся, не совещаясь и не консультируясь ни с кем, вводил режим ЧП, теперь собственной инициативы и решительности не проявляет. Он лишь посылает правительству общую установку «на добро»: «прекратить распространение инфекции без ущерба для экономики».

Премьер Аскар Мамин, в свою очередь, все постановления вверенного ему правительства начинает с фразы: «в соответствии с указаниями президента», а новый министр здравоохранения предлагает на усмотрение главы государства три сценария действий, ожидая, что тот примет окончательное решение по данному вопросу. Однако, не определяя свой выбор и не подписываясь под конкретным указанием, президент Токаев откликается осторожным твитом, демонстрирующим его «равноудаленность»:

Правительство представило план введения карантина с 5 июля сроком на 14 дней (возможно продление). Завтра после заседания МВК министр здравоохранения выступит с разъяснениями.

Бюрократия не любит нести ответственность за провалы, тем более, не свои. Поэтому переиграть ее на этой площадке даже кандидату в мастера спорта по пинг-понгу Токаеву вряд ли удастся. Кроме того, Нурсултан Назарбаев уже сделал заявку на свое возвращение к активной игре.

Spread the love

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Пусть вернётся наш президент Нурсултан Назарбаев и все возьмёт в свои руки. Вообще не понятно что происходит пощадите уже народ, сколько людей погибло!

  2. Если Нурсултан вернётся и Астану обратно переименует в Астану в моих глазах и глазах соотечественников он поднимится

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code