В Москве 29 июня рано утром к трем сотрудникам российского расследовательского издания «Проект» — главному редактору Роману Баданину, его заместителю Михаилу Рубину и журналисту Марии Жолобовой — пришли с обысками. У них изъяли телефоны и компьютеры, всех их допросили.

Как позже стало известно, следователи их подозревают в клевете. Однако сами журналисты считают, что причиной давления на них стала публикация расследования о министре МВД России Владимире Колокольцеве (его можно почитать по этой ссылке или кликайте ниже на картинку).

Редакция «Проекта» выступила с заявлением, в котором назвала действия силовиков «попыткой цензуры и давления на наших коллег», и потребовала прекратить следственные действия против журналистов «Проекта».

Ниже их фотография и текст заявления.

«Следователи из Петербурга приехали к нашим коллегам на следующий день после того, как «Проект» анонсировал выход расследования о собственности родственников министра внутренних дел Владимира Колокольцева, которые стремительно богатели по мере продвижения министра по карьерной лестнице.

У самого министра Колокольцева декларация об имуществе скромная — на него оформлена только старая, еще доминистерских времен квартира в спальном районе Москвы. Зато на близких Колокольцева записана дорогая и многочисленная собственность, полученная в том числе благодаря связям семьи с влиятельными бизнесменами и как минимум одним измайловским авторитетом — возможно, поэтому информация о недвижимости сына Колокольцева Александра вымарана из государственных баз данных.

Полностью расследование «Что скрывает министр внутренних дел» можно прочитать тут, а посмотреть видео тут.

Но формально следователей интересует совсем другое расследование, вышедшее еще в августе 2017 года на телеканале «Дождь» — документальный фильм «Питерские. Отец и сын» о бизнесмене Илье Трабере, который был назван в фильме «так называемым королем бандитского Петербурга». Баданин и Жолобова были соавторами того расследования, Рубин в работе над ним не участвовал. Тогда же, в 2017 году, по заявлению Трабера полиция Петербурга завела дело о клевете (ст. 128.1 Уголовного кодекса).

И вот теперь, почти четыре года спустя, это старое дело пригодилось для новых обысков, допросов и изъятия техники — телефонов и компьютеров — у журналистов «Проекта». Следователи так торопились провести обыски по делу 2017 года, что не успели даже получить в суде необходимые постановления. Уголовно-процессуальный кодекс разрешает делать это только «в исключительных случаях».

То, что интерес правоохранителей к старому делу реанимировался накануне выхода нового журналистского расследования «Проекта», показательно — как показателен интерес силовиков к журналистам-расследователям, а не к героям их расследований.

Следователей интересует не то, как родственники людей на государственных должностях получили собственность, которая им заведомо не по карману — а то, как об этом узнали журналисты.

Не то, почему имущество больших людей на госслужбе или их близких прячется от общественности — а то, почему об этом общественность все же узнала.

Не то, как стоящие на страже закона люди оказались в очень неоднозначных с ним, законом, отношениях — а то, как это оказалось известно журналистам.

Правоохранители хотят представить правонарушителями журналистов и на допросах задают вопросы им, а не тем, к кому есть вопросы у журналистов.

Для силовиков проблема не в действиях героев журналистских расследований — сами журналисты для них и есть проблема.

Это не просто вывернутая наизнанку реальность, это большая беда для всех нас, не только для журналистов, но и для всего общества в целом. Обе стороны, и журналисты, и правоохранители, в таких делах должны быть на одной стороне — на стороне защиты интересов общества. Но оказываются по разные стороны не просто интересов общества, а по разные стороны уголовных дел, едва ли не единственного формата общения власти и граждан сейчас.

У власти есть для этого могучий ресурс, в первую очередь силовой. Но таким же могучим контр-ресурсом может быть и общество, если оно осознает всю важность независимой журналистики в несвободной стране.

В такие моменты независимым журналистам особенно нужна поддержка тех, для кого они работают — вас. Поддержка независимой журналистики словом, делом, рублем означает, что обществу не все равно, что происходит со страной и ее гражданами — с нами всеми. Оставайтесь с нами и ждите наших новых расследований — вместе мы сильнее».

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here